Роман Р., 24 года: история выздоровления

Мои проблемы начались после того, как я сменил работу – устроился фотокорреспондентом в крупное издательство. Работа разъездная, постоянные командировки, много общения с разными людьми. Пока я вкалывал, жена закрутила роман с другим. Мы развелись, причем очень быстро, и я с головой ушел в работу. И в алкоголь. Быстро рос в карьере, понеслись всякие презентации и банкеты. И уже пошло все по нарастающей. Употребление спиртного я уже не контролировал, мог упиться до посинения, не помнить даже, как домой попал. А с утра опохмелился, чтобы не развалиться совсем – и на работу. Но потом начались запои, первый раз на 5 дней ушел, а потом и на неделю. А периоды трезвости уменьшались постепенно. Пока в один «прекрасный» момент меня не накрыл инфаркт миокарда. Очнулся в больнице, еле живой. Месяц там пробыл, потом восстанавливался долго. Врач сказал, что если буду продолжать пить, года не проживу – артерии сердца в отвратительном состоянии. Что делать? Я понятия не имел, куда обратиться. В наркологический диспансер? В группы трезвости? Ни туда, ни туда не хотелось. В городских больницах афишировать свою болезнь не собирался, группы тоже не мое. По совету знакомого обратился в вашу клинику. Собственно, без особых ожиданий, без надежд на излечение. Довел себя до ручки почти, даже врач год пророчил жизни. Но все мои опасения были напрасны, профессионалы вашей клиники смогли справиться даже с такой запущенной формой алкоголизма. Я только сейчас почувствовал, как многого я был лишен, постоянно пребывая в пьяном состоянии.

Другие истории выздоровления

Сергей Л., 48 лет
Наверное, моя история ничуть не отличается от сотен других страдальцев-алкоголиков. Какие-то причины, толкающие выпить, потом уже невозможно от этого отказаться – замкнутый круг. Я выбрался из него не так давно – всего полгода назад. Решение было принято самостоятельно, потому что мой образ жизни стал вредить моему собственному ребенку - единственной дочери. Моя бывшая жена уехала в Германию, когда дочери было 2 года. Вначале обещала забрать к себе, как устроится, потом новый муж был против – так мы и остались с ней вдвоем. Я пытался, как мог, заботиться. Сначала помогала моя мама - потом она умерла. Сам не заметил, как начал тянуться за бутылкой. Весь мир мне был противен, казалось, что жизнь остановилась. Дочке тогда было уже 16 лет. После этого я начал стремительно катиться вниз. Даже за собой перестал следить – все опротивело. А может, понял, что дочь уже может о себе позаботиться, можно расслабиться. Не знаю. Но стал замечать, что Маша стала агрессивно реагировать на меня, винить во всех бедах, раздражаться. Понял, что я мешаю ей нормально спокойно существовать. Спросил – в алкоголе ли дело? Она подтвердила, попросила бросить пить. Не мог не обращать внимания на ее просьбы – она у меня одна, растил ее с пеленок. И обратился к врачам-наркологам, которые после долгого лечения смогли убрать стремление напиться до минимума, я это желание могу контролировать уже. Сегодня могу выпить на большой праздник и знаю свою норму – две рюмки. Больше – ни-ни.
Максим З., 41 год
Наркомания страшна не только для самого наркомана, но и для его близких, которые переживают, глядя на то, как медленно, но верно гибнет их родной человек. При этом зачастую помочь самостоятельно нет возможности.

Сестра максима Анна видела, что с братом происходит что-то нехорошее, но не могла понять, что именно. Ей даже в голову не могло прийти, что ее брат в достаточно зрелом возрасте свяжется с наркотиками. Однако это все-таки произошло. Максим давно в разводе, у него есть дочь-старшеклассница, он виделся с ней достаточно часто, бывшая супруга не препятствовала. Но когда он начал падать в яму наркомании, для него перестали существовать близкие люди. Их он рассматривал только как источник дохода. Начал требовать денег у бывшей жены, даже на глазах дочери устраивал неприятные сцены. После этого супруга запретила видеться с дочерью, да Максим и не настаивал, у него была иная цель – где раздобыть денег на очередную дозу. Он начал брать деньги у сестры. Сначала просил, давил на жалость. Когда этот прием перестал работать, начал угрожать суицидом. Анна не выдержала и обратилась к нам в клинику, сначала одна, поделившись бедой.

Наш врач психиатр-нарколог Ширяева Елена Владиславовна посоветовала, какими словами и действиями можно уговорить и убедить Максима прийти самому. И через несколько дней Анна с Максимом стояли на пороге нашей клиники вместе.

Максим, благодаря Елене Владиславовне, понял и осознал всю глубину своей беды и сам принял решение о реабилитации и лечении в нашей клинике.

Специально для него Елена Владиславовна составила подробную программу лечения, основной частью которой является полная детоксикация организма и чистка печени. Следующий период – реабилитация, где пациенту был назначен курс витаминов и необходимых иммуностимулирующих средств для восстановления.

Сейчас Максим здоров, не принимает наркотики, и оборвал все связи с прошлой компанией. Готовится к выпускному своей дочери.
Сергей В., 43 года
Я попал в клинику после приступа белой горячки. Жена вызвала службу из клиники «Альянс КРК», которые меня погрузили в машину, привезли в клинику, сдали врачу. Я был в состоянии нестояния, но меня смогли уговорить остаться на несколько дней «подлечиться». Лечился я еще полторы недели, после чего (с моего согласия) мне установили лечебный имплант, препятствующий принятию алкоголя и отпустили с миром. Общие впечатления о клинике и палатах очень хорошие – уютно, удобно, хорошо кормят. Врачи с юмором такие, свое дело знают на отлично, медсестры адекватные, заботливые. Все понравилось, насколько может понравиться наркологическая клиника пациенту. После того, как прошел курс лечения. Еще ездил на дополнительные консультации к психиатру-наркологу и психологу, чтобы точно настроиться на снижение употребления спиртного в дальнейшем, когда имплант уже работать не будет. Жена очень порадовалась, что результат достигнут. Но она предлагает после года еще обновить имплант. Я же предпочитаю попробовать уже своими силами – думаю, что у меня все получится. Ведь не хочется же мне сейчас выпить, нет тяги психологической.