Лиана М., 43 года: история выздоровления

Моя дочь очень хотела справиться с наркозависимостью. Но сил не хватало. Она плакала, терзала и себя, и нас с ее отцом. «Мама, я так больше не могу, я просто вам мешаю жить. Не могу бросить». Мы делали все, что могли: курсы психологов, гипноз, капельницы. Но все это либо не помогало совсем, либо на очень краткое время. Совершенно случайно встретила на улице старую знакомую, которой в разговоре пожаловалась на жизнь. Она мне посоветовала «Альянсе КРК», как место, где работают мастера своего дела. Первый курс лечения мы прошли в январе 2017 года, четыре месяца. А потом, после небольшого перерыва, пришлось оставить дочь на второй курс, по настоянию врачей еще на пять месяцев – закончили как раз в конце 2017. Совершенно точно могу сказать, что врачи невероятного уровня. Я также получала психологическую помощь, как созависимый человек. Дочь просто поменялась как внутренне, так и внешне. Наладилось абсолютно все: ее поведение, настроение, самочувствие. Мы даже взяли за правило отмечать второй ее день рождения в первый день выхода из клиники. Символично: все с нуля, все по-новому!

Другие истории выздоровления

Сергей Л., 48 лет
Наверное, моя история ничуть не отличается от сотен других страдальцев-алкоголиков. Какие-то причины, толкающие выпить, потом уже невозможно от этого отказаться – замкнутый круг. Я выбрался из него не так давно – всего полгода назад. Решение было принято самостоятельно, потому что мой образ жизни стал вредить моему собственному ребенку - единственной дочери. Моя бывшая жена уехала в Германию, когда дочери было 2 года. Вначале обещала забрать к себе, как устроится, потом новый муж был против – так мы и остались с ней вдвоем. Я пытался, как мог, заботиться. Сначала помогала моя мама - потом она умерла. Сам не заметил, как начал тянуться за бутылкой. Весь мир мне был противен, казалось, что жизнь остановилась. Дочке тогда было уже 16 лет. После этого я начал стремительно катиться вниз. Даже за собой перестал следить – все опротивело. А может, понял, что дочь уже может о себе позаботиться, можно расслабиться. Не знаю. Но стал замечать, что Маша стала агрессивно реагировать на меня, винить во всех бедах, раздражаться. Понял, что я мешаю ей нормально спокойно существовать. Спросил – в алкоголе ли дело? Она подтвердила, попросила бросить пить. Не мог не обращать внимания на ее просьбы – она у меня одна, растил ее с пеленок. И обратился к врачам-наркологам, которые после долгого лечения смогли убрать стремление напиться до минимума, я это желание могу контролировать уже. Сегодня могу выпить на большой праздник и знаю свою норму – две рюмки. Больше – ни-ни.
Максим З., 41 год
Наркомания страшна не только для самого наркомана, но и для его близких, которые переживают, глядя на то, как медленно, но верно гибнет их родной человек. При этом зачастую помочь самостоятельно нет возможности.

Сестра максима Анна видела, что с братом происходит что-то нехорошее, но не могла понять, что именно. Ей даже в голову не могло прийти, что ее брат в достаточно зрелом возрасте свяжется с наркотиками. Однако это все-таки произошло. Максим давно в разводе, у него есть дочь-старшеклассница, он виделся с ней достаточно часто, бывшая супруга не препятствовала. Но когда он начал падать в яму наркомании, для него перестали существовать близкие люди. Их он рассматривал только как источник дохода. Начал требовать денег у бывшей жены, даже на глазах дочери устраивал неприятные сцены. После этого супруга запретила видеться с дочерью, да Максим и не настаивал, у него была иная цель – где раздобыть денег на очередную дозу. Он начал брать деньги у сестры. Сначала просил, давил на жалость. Когда этот прием перестал работать, начал угрожать суицидом. Анна не выдержала и обратилась к нам в клинику, сначала одна, поделившись бедой.

Наш врач психиатр-нарколог Ширяева Елена Владиславовна посоветовала, какими словами и действиями можно уговорить и убедить Максима прийти самому. И через несколько дней Анна с Максимом стояли на пороге нашей клиники вместе.

Максим, благодаря Елене Владиславовне, понял и осознал всю глубину своей беды и сам принял решение о реабилитации и лечении в нашей клинике.

Специально для него Елена Владиславовна составила подробную программу лечения, основной частью которой является полная детоксикация организма и чистка печени. Следующий период – реабилитация, где пациенту был назначен курс витаминов и необходимых иммуностимулирующих средств для восстановления.

Сейчас Максим здоров, не принимает наркотики, и оборвал все связи с прошлой компанией. Готовится к выпускному своей дочери.
Сергей В., 43 года
Я попал в клинику после приступа белой горячки. Жена вызвала службу из клиники «Альянс КРК», которые меня погрузили в машину, привезли в клинику, сдали врачу. Я был в состоянии нестояния, но меня смогли уговорить остаться на несколько дней «подлечиться». Лечился я еще полторы недели, после чего (с моего согласия) мне установили лечебный имплант, препятствующий принятию алкоголя и отпустили с миром. Общие впечатления о клинике и палатах очень хорошие – уютно, удобно, хорошо кормят. Врачи с юмором такие, свое дело знают на отлично, медсестры адекватные, заботливые. Все понравилось, насколько может понравиться наркологическая клиника пациенту. После того, как прошел курс лечения. Еще ездил на дополнительные консультации к психиатру-наркологу и психологу, чтобы точно настроиться на снижение употребления спиртного в дальнейшем, когда имплант уже работать не будет. Жена очень порадовалась, что результат достигнут. Но она предлагает после года еще обновить имплант. Я же предпочитаю попробовать уже своими силами – думаю, что у меня все получится. Ведь не хочется же мне сейчас выпить, нет тяги психологической.